"Шалава, сука, тварь!" - на лестничной площадке слышны были звуки ссоры.
Синий мох на стенах радостно впитывал их, плодя отростки... Впрочем, эта строчка из
другого места. А здесь кот Мартин с высоты подоконника мог наблюдать, как дверь
распахнулась и из нее, размахивая сумочкой, выбежала заплаканная девушка. Она
пронеслась по лестнице вниз, стуча каблуками, и исчезла за грохотом двери подъезда.
Она бежала по улице, стараясь убраться подальше от этого места, дома, города.
Грязь под ногами ложилась на ее джинсы темными пятнами, но ей было все равно.
"Три года, три чертовых года вместе и после этого он заявляет мне такое!
Я не та, кто нужна ему! Урод!".
Некоторое лицо кавказской национальности получило свою порцию брани в ответ
на предложение подвезти такую несчастную девушку. Проехав по луже мимо, он
не добавил ничего хорошего в ее образ: мокрые, недавно из душа, русые волосы;
серые глаза, светящиеся гневом; ровные, красивые черты лица без грамма
косметики; хрупкая фигурка, затянутая в темно-синюю джинсу. Все вместе это звалось
Александрой и было готово растерзать что-нибудь мягкое, доброе и пушистое.
Подойдя к ларьку, она взяла объемистую бутылку пива и несколько пачек кальмаров.
"Все к черту, я не хочу больше думать о нем, знать о нем, слышать его
имя. Никогда бы не подумала, что он может следить за мной. Грязная, низкая
сволочь! И обещал же не лезть в мои личные дела, говорила ему - это только мое!
Все они, мужи...". Перед ней с громким гудком пронеслось красное спортивное авто.
"...суууука! Черт, черт, надо успокоиться, не хочу сдохнуть из-за такого урода!".
Она прошла по переходу и вышла на парковую аллею. "Посижу где-нибудь, отойду,
надо будет позвонить Юле, чтобы забрала мои вещи. Или Васе, пусть заодно и
по роже ему надает! К черту, к черту, все, я не думаю о нем... И ни одной лавки
свободной, как назло! Хоть с утра занимай!". Целующаяся молодежь, старички и просто
личности неопределенного вида облепили вечерний парк. Александра дошла до ступенек,
ведущих на набережную. Прохладный ветер сдувал пожелтевшие листья в воду.
"Ну хоть здесь нет ни одного рыла. Ха. Вот сидят они там, радостные, обнимаются,
смеются. Рассказывает он ей, что не знает жизни без нее, что она одна ему нужна.
Интересно, а если узнает, что у его 'единственной' еще двое есть в запасе -
сможет ли убить себя? Или тоже врет все? Наверное. Все они уроды моральные!".
Забравшись на парапет с ногами, она открыла пиво и закуску, уронив кусочек
кальмара в воду. "Хех, плыви домой, ты ведь там где-то на дне жил?". Закурила
и сидела, думая о грязи жизни. Вечерело.
.....
- Слыш, Колян, что-то не нравится мне это...
- Молчи, бля, тебе бабки нужны? И мне нужны. Ша вот какую-нибудь богатую сучку
потрясем и все будет впоряде.
- Колян, не, ну это - а если запомнит нас?
- Заткнись! Не нравится - вали домой, там твоя жирная дура небось тебя уже
заждалась, бля, борща наварила, пелотку смазала.
- Не, не - я с тобой.
- Тогда завали хлебало и не гунди под руку! Пошли вон туда пройдемся, там людей
никого нету. Быстрее закончим, быстрее разбежимся.
.....
Пиво подходило к концу, в голове приятно помутнело, сегодняшний день не казался
уже таким отвратительным. "Да и кто он такой, чтобы я из-за него страдала?
Да таких на каждом шагу трое стоит - подходи и бери!". Насчет 'шагов' и
'подходи и бери' она в чем-то была права... Только вот их оказалось двое,
хотя для удара в спину хватило и одного. Другой же предпочел заняться сумочкой.
Мутная вода бросилась навстречу серой стеной. "Нет, нет!! Помогите!!
Я не ум.....МАМА!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!".
Вода, вода, много воды, больше чем может понадобиться одному человеку.....
Она лежала на мокрой от слез подушке, от отчаяния вонзив ногти в подушечки рук.
Сон ушел, но рядом на кровати пустовало его место...
